Отправиться на велосипеде в Афганистан — безумие или захватывающее приключение? Велопутешественник Егор Ковальчук этой осенью решился на второй велопоход по этой стране.
В нашем интервью он рассказывает, каким увидел Афганистан и его жителей, как вести себя с местными, в том числе с теми, у кого оружие, насколько сейчас безопасно там путешествовать и как можно запросто нажить себе проблем, а также что взять с собой в осенний велопоход по горному Бадахшану.
Велопоход в цифрах
- 18 дней — с 7 по 25 октября,
- старт и финиш — в Душанбе (Таджикистан),
- 1 200 км вело по Афганистану,
- 1 600 км — общий километраж,
- 13 500 м набора высоты,
- 6 горных перевалов,
- 3 000 м — высшая точка на маршруте,
- температуры — от 35-градусной жары до небольших заморозков.
Фото: Егор Ковальчук
Памир зовёт
Егор, почему ты вернулся в Афганистан?
Между первой и второй поездкой я увлёкся Памиром. Мне очень понравился Памир со стороны Таджикистана. Изучая историю, узнал, что Памир был когда-то разделён по реке Пяндж, и есть ещё афганский Памир — Бадахшан. Мне захотелось туда — поездить на велосипеде по другую сторону реки Пяндж.
Первый опыт поездки в Афганистан в 2013 году у нас с другом был очень стрессовый — хотелось изменить те впечатления, и это удалось. Я повзрослел и воспринимал эту страну уже по-другому. И в Афганистане многое поменялось. Сейчас, по свежим эмоциям, для меня это одна из любимых стран.
Кто составил тебе компанию в велопоходе?
Со мной были два друга из Беларуси — Егор Шичко и Арсений Павловский. Оба они впервые были в этой стране и остались под впечатлением. К сожалению, из-за болезней ЖКТ ребята вынуждены были немного сократить маршрут по Афганистану. Часть пути по Ваханскому коридору я проехал один — 150 км примерно. Потом вместе возвращались.
Ваханский коридор — это узкая полоса территории на северо-востоке Афганистана, протянувшаяся между Таджикистаном (на севере) и Пакистаном (на юге). Был создан как «буферная зона» в 1895 году в результате «Большой игры» между Британской и Российской империями, чтобы их владения не соприкасались. Был частью Шёлкового пути. В наши дни он остаётся одним из самых изолированных и труднодоступных регионов мира. Здесь живут памирские народы, которые сохранили традиционный уклад и свой родной язык: это ваханцы, ишкашимцы и др.
Фото: Егор Ковальчук
Фото: Егор Ковальчук
Ваш маршрут проходил больше по населёнке или по дикой части?
Эта страна перенаселённая, поэтому постоянно встречаются сёла, блок-посты. Присутствие человека — оно везде.
Какая там природа?
Когда въезжали, была степная пустыня, потом первые перевалы через песчаные горы, дальше — долины и большие горы. На некоторых склонах виднелись хвойные деревья — по описаниям, это гималайские «хвойники».
Сперва мы ехали вдоль реки Кокча, потом спустились к реке Пяндж, и дальше двигались вверх вдоль неё. Озёр на этом маршруте не было.
Ваханская долина — пустынная. Скалы из песчаника, на поверхности много где проступает соль — и ты едешь прямо по ней. А вокруг — много-много гор. Ты едешь вдоль хребта Гиндукуш, вдоль границы с Пакистаном. Не передать, как там красиво!
Трекинг по горам в этой стране можно ходить?
Смотря где ходить. Если на юге, где-нибудь в Кандагаре, то могут быть проблемы. А если ты приехал в Ваханский коридор и пошёл там в трекинг, то всё будет хорошо.
Тебе могут навязать гида, по факту «фиксера». Это удобно, поскольку он за тебя будет делать все документы, со всеми на постах договариваться, но, конечно, это будет отличаться от самостоятельного путешествия. В этом году мои знакомые как раз ходили трекинг в Вахане.
Этот Памир отличается от того, что ты видел?
Он другой. Даже если национальности те же. Страна, геополитика накладывают свой отпечаток. Таджикский Памир — более цивилизованный, там всё кипит: торговля, банки, современные здания, электричество, интернет. А здесь с осликами за водой идут. Ты будто попадаешь в каменный век.
Про велопоход
Где вы ночевали?
Мы провели в Афганистане 16 ночей. У нас была палатка, ставили её шесть раз, три раза нас приглашали в гости местные, остальные ночи останавливались в гостиницах.
Как выбирали место под палатку?
Первую ночь очень стрессовали — боялись, что придут талибы, так как не было опыта общения с этими людьми. Мы вообще тогда всего боялись: блокпостов, проверок, людей с оружием. И было страшно ставить палатку — слышали, что из-за этого могут быть проблемы.
Талибан — военно-политическое и религиозное движение, которое следует законам исламского права — шариата. «Талиб» переводится как «учащийся», «студент религиозной школы». Движение впервые пришло к власти в Афганистане в 1996 году и управляло страной до 2001 года, пока не был свергнуто в результате вторжения США. В 2021 году, после вывода американских войск, Талибан вернулся к власти и провозгласил страну Исламским Эмиратом Афганистан. В России террористический статус движения Талибан приостановлен по решению Верховного суда с 17 апреля 2025 года.
И так вышло, что палатку мы поставили возле одного из постов талибов. К нам пришёл талиб, мы с ним познакомились, пофотографировались и поняли, что в принципе можно расслабиться.
В октябре темнеет рано, поэтому в другие дни мы искали место для ночлега уже в потёмках, при этом нужно постараться не заехать на чей-то участок или военный объект.
На третью ночь остановились в отеле, и к нам пришли люди с автоматами из службы безопасности. Я знал, что такое бывает. Показали им документы, рассказали про себя, пожали друг другу руки. Сотрудники нам сказали, что мы здесь в безопасности, и уехали.
Фото: Егор Ковальчук
Как там со связью дела? Мобильный интернет работает?
Мобильная связь есть, но в Афганистане мы не брали симку. Старались раз в несколько дней «завайфаиться» в городах. А в Ваханском коридоре частично ловит таджикский интернет — Таджикистан совсем рядом, через речку. Так что таджикская симка пригодилась.
В горном Афганистане есть электричество?
Много где видел солнечные батареи. А вообще, как мне говорили, раз в день дают электричество на короткое время. Поэтому у ваханцев энергосберегающие светодиодные лампочки и генераторы от солнечных батарей.
Сколько пауэрбанков ты с собой брал? И что вообще у тебя было из техники?
Я взял с собой минимум техники с пониманием, что могу этого лишиться (в прошлую поездку украли телефон — прим. авт.). У меня был один пауэрбанк на 10000 mAh. Заряжать нужно было телефон (в нём заметки, камера, связь), часы, которые служили мне трекером, а также фару и налобный фонарь.
С собой две вилки, два шнура. Дома проверяю, чтобы вилки и шнуры подходили к устройствам и заряжали всё.
Ещё у меня были с собой проводные наушники. Беспроводные не стал брать — вдруг украдут.
На будущее для такого формата решил, что буду брать ещё солнечную панель, более ёмкий пауэрбанк и фотоаппарат (все фото в этом походе были сделаны на телефоны).
Фото: Егор Шичко
Фото: Егор Шичко
Как одеваться?
Я был готов к холодам до -15 °С, но пуховой курткой так и не воспользовался. Были заморозки, но не сильные.
Хорошие перчатки — потому что большой перепад температур. Очки — обязательно. Шапка — лучше мембранная и непродуваемая. Удобная треккинговая обувь, несколько пар носков.
Большую часть пути я ехал в шлёпках, потому что было очень жарко. Из одежды — термобельё, футболка/рубашка с длинным рукавом и брюки на жаркую погоду. Рубашка, в которую можно вечером переодеться, плюс флисовая кофта, пуховка, мембранные штаны. Всё очень лёгкое и функциональное.
Что берёшь с собой в автономку, чтобы оставаться на ходу?
Самое важное, к чему я пришёл, с собой нужно брать полностью обслуженный, надёжный велосипед. Понятно, что могут быть критические поломки, но они в рамках исключений.
Что я советую взять с собой для вела: хорошие камеры, заплатки, клей, запасную покрышку, выжимку и смазку для цепи, можно ещё кусочек цепи, запасные болтики для багажника.
Педали — обычные «топталки» вместо «контактов», потому что цель — не скорость, а надёжность и удобство. На них нагрузка большая, так что экономить здесь не нужно.
Запасной «петух» можно взять — я раньше его не брал, но как говорится, есть свой лимит удачи.
Из бивачного — спальник, палатка, газ, горелка, турка для кофе. Газ мы покупали в Таджикистане. Возможно, он есть и в Афганистане.
Что у тебя было в аптечке?
Вопреки обыкновению, в этот раз я решил собрать основательную мини-аптечку: таблетки от живота, от аллергии, обезбол, спиртовые салфетки, крема, мази, ножницы. На деле пригодились только таблетки от живота и от головы. Не хватало шипучих витаминок, чтобы делать себе вкусную водичку.
Чем питались?
Первые дни мы накинулись на местную еду. Сперва она вызывает радость — мега-порции плова и кебаба. А когда желудок «встал» от тяжёлой жирной пищи, начинаешь уже беречься — варить свою гречку, супчики, кушать больше фруктов и овощей. Вообще, если есть хлеб и фрукты — мне этого вполне достаточно.
А что едят ваханцы? Ты говорил, у них поговорка есть: «Кушать хлеб с хлебом, а чай с чаем».
Да, так и есть, питаются они очень скромно. Утром — лепёшка и зелёный чай у афганцев, или шир чой у памирцев (крепкий солёный чай с маслом, жиром или грецким орехом).
Что они едят на обед, не знаю. А вечером может быть тушёная картошка с макаронами и овощами, и даже с урюком. Из напитков — айран. Мяса я не видел. У них нет холодильников, чтобы хранить мясо. Я думаю, что животных забивают на мясо ближе к зиме, когда холодает, чтобы оно не пропало.
Плов у них — блюдо не на каждый день: это для гостей, на праздники. Бывает, готовят вкусный плов, но просто на жире, без мяса, скромно, без излишков.
В Вахане есть сады?
Нет, я встречал лишь редкие деревья и, может, барбарис. В горах на высоте мало что растёт. А вообще в Афганистане растут яблони, абрикосы и другие фрукты, даже манго.
Как в Афганистане дела с питьевой водой?
Вообще, неплохо, но в то же время плохо. У местной воды другая микрофлора, и от этого животы могут страдать. Я наливал в термос кипяток и ребятам говорил так делать. Ещё можно покупать воду в бутылках или набирать её там же, где и местные.
Что самое экстремальное случилось с тобой в этой поездке?
Когда возвращался из Ваханской долины, заприметил место для палатки. Стою, отдыхаю. В этот момент с горы падает огромный валун — прямо туда, куда я хотел поставить палатку. Позже я узнал, что было небольшое землетрясение.
О чём ещё стоит знать путешественнику?
Надо быть аккуратными с камнями, которые подбираете, и с сувенирами — всё, что можно отнести к реликвии. Могут не пропустить на границе.
А ещё обратно можно вывозить не более 300 долларов на человека, при этом ввезти можно сколько угодно. Ещё ходят слухи, что нельзя местную валюту вывозить. Я не знал этого и провёз другу на сувениры какую-то внушительную сумму.
Символику Талибана с осторожностью — в Таджикистане могут быть с этим проблемы. Хотели на сувениры взять её, но передумали.
Фото: Егор Ковальчук
Говорят, если покупаешь сувенир, надо брать чек, чтобы показать на границе. Но о каких чеках может идти речь на рынке в горной деревне? Я купил жене подвеску из камней, которые делают местные ювелиры. Переживал за неё, но повезло — на границе не стали отбирать.
Проходи, гостем будешь
Мы привыкли считать Афганистан враждебной и опасной страной. Какой ты увидел её сейчас?
Страна очень сильно изранена войной. Более 40 лет здесь шла непрерывная война. Поэтому Афганистан сейчас в упадке, много бедных людей, сирот, вдов, беженцев.
И всё же, я увидел страну такой, какой и подобает исламскому Востоку: если ты пришёл гостем, то ты встречаешь гостеприимство, радушие, помощь. Этот закон чётко работает.
В Афганистане часто бывает: едешь по дороге, рядом с тобой равняется мотоцикл или машина, обычно это люди в гражданке и с автоматами. Спрашивают одно и то же: откуда, куда ты, в порядке ли документы, нужна ли помощь.
Если отвечаешь вежливо, улыбаешься, ведёшь себя открыто, то частенько даже документы не будут смотреть, напротив, предложат попить чай, поесть. Я ещё улучаю момент: спрашиваю разрешение сфотографировать их — те охотно соглашаются.
Однажды после такого мимолетного общения и обмена радушием машина уехала, а через несколько километров ждала нас на обочине. Нас попросили остановиться, предложили быть сегодня гостями в их доме и переночевать. Отказаться было сложно, так как это уникальная возможность побывать внутри семьи и увидеть своими глазами, как люди живут. Конечно, мы согласились, и уже через час нас ждал очень щедрый ужин.
У многих афганцев есть такая гостевая комната, у которой вход отдельный, чтобы ты не пересекал границы дома. Иногда мы даже во двор не попадали. Для этих народов поговорка «Мой дом — моя крепость» не пустой звук.
Ты чувствуешь себя дорогим гостем везде. В городке Кундуз мы ужинали в кафе, заказали на троих шашлык, салат, хлеб, чай. Очень сытно и вкусно поели. Когда пошли расплачиваться, с нас отказались брать деньги, сказали: «Вы наши гости, это угощение для вас».
Фото: Егор Ковальчук
Нередко случалось, что мы подъезжали к лавке купить лепёшки, а нам бесплатно их отдавали, часто усаживали пить чай.
Как-то утром спускаемся с перевала, заезжаем в посёлок и спрашиваем местных, где здесь кафе, чтобы выпить горячего чая. В итоге нас приглашают в дом на завтрак. Я очень рад, что на тот момент у нас ещё были с собой игрушки, которые мы смогли подарить детям.
И вот ещё случай. В Ваханской долине темнеет резко, а после заката начинает дуть сильный ветер. И вот стою я в темноте, ищу место для палатки, чтобы не сдувало ветром. Подъезжает мужчина на мотоцикле и сразу же говорит: «Пойдём ночевать к нам». Я спрашиваю: «Сколько будет стоить?». Он отозвался: «мехмун», что значит «гость». Неудобно даже стало за мой вопрос про деньги. Конечно, меня пригласили как гостя, не думая о прибыли. Я провёл в этой семье ночь, а утром поехал дальше. Кстати, в ту ночь я чувствовал толчки землетрясения.
Наконец, в последний день, когда мы ехали уже к границе Таджикистана и покидали Афганистан, с нами поравнялся мотоцикл с прицепом, и водитель прямо на скорости стал нас одаривать бутылками с водой и пакетом свежего попкорна.
Ты говорил, что для тебя главное в путешествии — это люди. Что ты можешь сказать про афганцев, кроме того, что они гостеприимные хозяева?
Да, в этом велопоходе главным были люди, а не спорт и цифры, сколько я проехал.
Однажды в Ваханском коридоре местный житель пригласил к себе в гости. Сама деревушка — бедная. А ваханцы, надо сказать, — умный народ. Они всегда старались быть образованными.
Общались там с парнем — я спрашивал его, куда он после школы будет поступать. Он спокойно ответил, что в колледж не пойдёт, потому что денег нет.
Фото: Егор Ковальчук
А я провожу параллель с Африкой. Когда в Африке говорят «денег нет», это делается с позиции жертвы, чтобы вызвать жалость и выманить у тебя побольше денег. Здесь же люди с колоссальным достоинством. Они живут бедно, но не будут опускаться до того, чтобы выпрашивать деньги, скорее тебе последний кусок отдадут. Это отличает многих памирцев.
На каком языке вы общались?
Я ленивый, поэтому языки не учу. Но на постах 10-15 слов местного языка хватало: откуда ты, куда, кто ты, для чего ты здесь.
Да, можно скачать офлайн-переводчик, но мне он не нравится. Жили мы как-то у талибов, и вот это общение «телефон-телефон» — какое-то искусственное, лучше жестами объясниться, чем так.
Фото: Егор Ковальчук
Афганские дети
Когда я вижу на твоих фотографиях босых и чумазых детей, внутри всё переворачивается. Как ты думаешь, они могут быть счастливы?
Тяжёлое детство, непростое — да. Они живут в труде, но и у них есть своё детское счастье.
Меня не удивили босые дети, потому что я здесь видел обычных деревенских ребятишек, которые носятся так весь день — чумазые, разутые. Я вспомнил себя в детстве, глядя на них.
У этих детей нет гаджетов. Они запускают воздушных змеев, играют в футбол, катаются на велосипеде, бегают наперегонки. Мы видели огромную площадку, на которой играли в волейбол, — вроде это был турнир среди старшеклассников.
А вообще здесь жизнь детей очень контрастная: одни ходят в школу, а другие нигде не учатся, помогают родителям.
Фото: Егор Ковальчук
Однажды мы встретили ребят, возвращающихся со школы, — у них одежда была явно мала по размеру. Очень бедно живут эти семьи. А ещё мальчишки пахнут дымом, потому что отопление в Вахане — печное, и топят кустарником или привозным дорогим углём.
И вот обычное утро школьника: нужно проснуться пораньше, чтобы затопить печь, согреть воды, помыться, ведь надо быть чистым, и только потом уже идти в школу… километра три-пять.
Семьи многодетные, так что дел всегда хватает. Например, присматривать за младшими, либо помогать по хозяйству. Мальчики делают более тяжёлую работу, а девочки помогают родителям либо торговать в мини-магазинах, либо в поле.
Часто встречаешь по утрам много-много ишаков — там это гужевой транспорт, на котором перевозят мешки, сено, воду. Родители с маленькими детьми идут на поле убирать урожай или сеять.
Многие ребятишки пасут скот, собирают хворост, ездят на ишаках за водой с большими канистрами. Только представьте: ребёнок лет шести-семи набирает полную 30-литровую канистру и грузит её на ишака — то есть поднимает эти тяжести чуть ли не выше себя.
Постоянно встречаешь детей, которые ходят с мешками по обочинам, мусоркам — собирают пластиковые бутылки и алюминиевые банки, чтобы потом их сдать за деньги.
Уже на выезде из Афганистана сидим завтракаем. А у меня пакет с мусором, который я везу уже сутки и не найду места, куда бы выкинуть. И вот рядом детвора, спрашиваю их, куда выбросить, они говорят «давай нам». Разорвали пакет, взяли, что им нужно: пакетики, бутылки, банки. Остальное выбросили.
Мне очень хотелось порадовать чем-то детей — дарил им игрушки. К сожалению, всего четыре игрушки взял с собой. Но у меня были ещё конфеты, и я отдавал ребятишкам свой дневной перекус. Я себя чувствовал настолько прекрасно, что мне не хотелось есть.
Как дети реагировали на камеру?
По-разному: кто-то смущается, а кто-то охотно фотографируется. Смущаются те, кому с детства уже прививают, что фото — это плохо, нужно быть закрытым и т.д.
Был такой момент, мы остановились, чтобы купить яблоки. Смотрю, дочка продавца выглядывает — лет восемь на вид. Я её начинаю фотографировать — она стесняется и прячется.
И вот я спрашиваю у отца этой девочки, можно ли её сфотографировать. Он даёт ей указание — она выходит, распрямляет плечи и смотрит на меня орлиным взглядом. Маленькая, но с большим чувством чести! (на фото она вся в чёрном — прим. авт.).
Кроме игрушек, что бы ты советовал ещё брать с собой в подарок местным? Чтобы это было ещё и полезно.
Игрушки лучше взять мелкие, но побольше — детей очень много. Везите детскую одежду, обувь, канцелярию (детки у меня иногда просили ручки).
Можно что-то из медицины — но так, чтобы ты мог объяснить, что это и для чего. Или покупать в самой стране, где будет инструкция на местных языках. Но помните, что многие не умеют читать.
Не раз бывало, когда моя аптечка пригодилась в поездках: либо у человека болит живот, либо зубная боль сводит с ума.
Можно мыло и что-то ещё для гигиены — это будет приятным подарком, который не испортится в дороге и будет всегда актуальным, особенно в горах.
Как себя вести в Афганистане
Как надо себя вести в этой стране? Что делать «шояд» (можно — пер. с фарси) и что «харам» (нельзя)?
Первое, конечно, это одежда — она должна закрывать всё тело, включая щиколотки и запястья. Когда едешь, можешь закатать рукава и штаны. Но в целом местный этикет предполагает закрытую одежду.
Возможно, тебе никто не сделает замечание, но здесь открытая одежда = неуважительное отношение. А так как это Восток, очень важно показать искреннее уважение и радушие — и тебе в ответ будет такое же уважение.
Фото: Егор Ковальчук
Фото: Егор Шичко, Егор Ковальчук
Мусульмане очень чистоплотные, они постоянно делают омовение. В туалетах у них всегда есть кувшин или кран с водой. Нам тоже нужно стараться следить за собой. Если приглашают «к столу», нужно узнать, где помыть руки и ноги. Тем более, все едят на полу, часто с одного блюда и руками.
Ещё нужно чувствовать ситуацию. Иногда бывает неприличным сесть напротив человека и вытянуть к нему ноги — а после велосипеда так хочется! Иногда хозяева замечают, как мы тушуемся, и сами предлагают: «Да ты ложись-ложись!»
Что здесь нельзя? Нельзя проповедовать религию и навязывать свои взгляды. Но если у тебя крестик, или ты буддист, например, тебе никто ничего не скажет. Я открыто говорил, что христианин, и с этим проблем нет.
Могут быть проблемы, если будешь обсуждать власть — и нынешнюю, и прошлую. На тебя могут донести.
Нельзя фотографировать женщин. Тебя могут обыскать, изучить твой телефон. Если что-нибудь ещё найдут, начнут тебя раскручивать уже по другому делу.
Рекомендую почистить телефон перед поездкой — удалить все фото и видео, потому что телефон может по рукам пойти. Я оставил только несколько фото семьи, какие-то кадры из прошлого путешествия.
А с женщинами здесь в принципе нужно аккуратно: рядовая беседа и фотографирование здесь, мягко говоря, не поощряется.
У ваханцев немного другая вера, не такая ортодоксальная. Женщины там иногда могут ходить с непокрытой головой, с ними даже можно заговорить.
Любые наркотики и выпивка — «харам».
И самое главное. Важно поймать «вайб» Востока: видишь человека — улыбнись ему. Контакт есть — сними солнечные очки, не груби, не хами, когда тебя останавливают. Остановился, поздоровался, сказал, что ты из России, показал паспорт — и едешь дальше.
Начнёшь препятствовать, ругаться, что-то доказывать — и сам будешь на иголках, и могут начаться какие-нибудь разборки. Многие наши проверки заканчивались предложением попить чай — я, конечно, к концу путешествия уже не мог выпить столько чая.
Улыбайся — и всё будет прекрасно: тебе будут пожимать руки, приглашать в гости. К тебе будут относиться с радушием, потому что ты сам его излучаешь, и ты будешь чувствовать себя комфортно.
Я ехал, тысячу раз в день со всеми здоровался, махал, останавливался, фотографировал.
Ещё важно решать вопросы с документами, чтоб всё легально было: на каждую провинцию надо оформлять пермит — это делается на месте, в самих сёлах, и бесплатно.
Фото: Егор Ковальчук
От каких предложений стоит отказываться?
Не соглашайтесь ни на наркотики, ни на алкоголь. Моему товарищу однажды кто-то из местных предлагал гашиш, но он отказался.
Если ты не мусульманин, то нужно отказываться, когда тебе велят произнести символ веры мусульман. Надо иметь свою чёткую, но не агрессивную позицию веры.
Если показывают тебе девушек на телефоне, говори «харам». Часто этот жест — проверка тебя.
Что будет, если женщина захочет туда поехать?
Я следил за путешествием нескольких женщин. Они соблюдали этикет — были одеты подобающе, и к ним было прекрасное отношение: и угощали, и на нужный автобус провожали, и скидки делали.
Люди с оружием — везде
Чем отличается Афганистан 2013-го и 2025-го?
2013 год был очень нервный — это была другая страна, другой государственный строй, нас все пугали талибами. Я с трудом получил визу — около года ушло на это.
У меня тогда афганские полицейские украли телефон. Было очень много блокпостов (сейчас их тоже много), и на каждом тебя просто выворачивали наизнанку: наши вещи обыскивали, могли забрать паспорта и куда-то уехать с ними. Было очень нервно.
Местные жители, когда нас встречали, постоянно говорили, что нас ждёт смерть от рук талибов, и показывали жест перерезания горла. В итоге нас выдворили из страны на восьмой день при поддержке консульства России.
Фото: Егор Ковальчук
С каким настроем ты ехал туда в этот раз?
Было очень волнительно. Я собирался поехать ещё в прошлом году, но у меня были жёсткие флешбэки — думал, что сейчас в Афганистане будет полный треш.
Даже за неделю до поездки я не был уверен, что попаду туда. Новостей правдивых мало — то интернет в стране отрубили, то война начинается. У меня был план B — если не получится попасть в Афганистан, поехать по Таджикистану. У нас точка старта была в Душанбе.
В Афганистане всё так же распространена шпиономания. Этим летом мой друг-востоковед 52 дня просидел в тюрьме по сфабрикованному делу.
В Афганистане могут задержать за фотографии военных объектов, даже если они случайно попали тебе в кадр.
Но нам повезло. Я думаю, потому что мы были на великах. Так как много блокпостов и проверок, уже по внутренним каналам все знают про велосипедистов, которые путешествуют по стране. Тебя никто не ограбит: ни местный житель, ни бандиты, ни полиция. Потому что про тебя знают все власти, и если с тобой что-то случится, им это будет не выгодно.
Афганистан — по-прежнему «горячая точка» на карте. Насколько оправдан риск?
В плане боевых действий попасть в заваруху — это ещё нужно постараться. В 2013-м было опаснее там находиться. Власть боролась с талибами и много где случались боевые столкновения. Туристов могли запросто похитить — и такие случаи были. Сейчас оппозиция всё ещё есть, партизанская война ведётся, но в очень узких местах — глубоко в ущельях. Ты туда так просто не попадёшь.
Фото: Егор Ковальчук
Фото: Егор Ковальчук
В первые дни я проигрывал в голове все возможные сценарии, очень переживая за разговоры. Но пообщавшись в первые дни с местными, я понял, что в целом здесь всё очень лояльно и безопасно. Сейчас у власти Талибан. Но по многим источникам, это не тот уже Талибан, который был в конце 1990-х-и начале 2000-х.
Талибан хочет общаться с внешним миром, развивает туризм в стране и делает много шагов, чтобы показать: «Ребята, у нас безопасно, приезжайте к нам». И это не пустые слова. Иначе министерство туризма и культуры не открыло бы 34 провинции для посещения. В 2013 году — шаг влево, шаг вправо — ты никуда не попадёшь. Теперь стало проще.
Как себя вести с людьми, у которых есть оружие?
Я перед поездкой ужасно переживал по этому поводу. В 2013-м вооружённые люди могли просто без разговоров забрать паспорт и уехать с ним.
Да, людей с оружием в стране очень много, но ты привыкаешь к этому. Много блокпостов. Например, деревушка два километра в длину — тебя проверят на въезде, в самой деревне и на выезде. Я своим парням говорил: сбавляем ход, приветствуем, снимаем очки, если просят остановиться — останавливаемся.
Военные уже все научены, как общаться с туристами, конкретного «тупняка» нет.
Фото: Егор Ковальчук
Однажды начальник очередного поста повёл нас пить чай, угощал хлебом, не жалел сахара. Он был «угашенный» наркотиками, но даже несмотря на это, проявлял высокое гостеприимство и радушие, предлагал помощь. Однако наши паспорта при этом оставались у него. А когда твой паспорт не у тебя — это всегда напряжение. Не знаешь, чего ожидать, и хочешь, чтобы эта ситуация скорее разрешилась.
В целом, видно, что с оружием большинство хорошо обращается, но некоторые могут и махать стволом куда ни попадя. Добавлю, что в Эфиопии оружия было не меньше — с людьми коммуникация была жёсткая, тупая. Там царил настоящий беспредел. А в Афганистане было всё с радушием, мирно и спокойно.
Страна не для всех
Каким ты вернулся из этого путешествия? Изменилось в тебе что-то?
Чувствую, что в этой поездке я смог вернуться в то время, когда мне всё было интересно: общение, наблюдение за людьми. С годами я это немного утратил, меня в путешествиях по миру стали интересовать только цифры, спорт. А теперь я снова открыл для себя этот смысл — познавать мир, людей, рассказывать о них.
Почему стоит поехать в велопоход по Афганистану?
А я не говорю, что стоит. Эта страна не для всех. Кому-то там вообще не понравится. Она шумная. Не каждый сможет общаться с этими людьми.
Афганистан имеет большой интерес для учёных, востоковедов, поскольку там сохранились народности, чья история и культура ещё не до конца изучены.
Фото: Егор Шичко
Про Афганистан будет книга?
Пока нет. Для меня всё просто: книгу надо «наездить». Я привёз много заметок, но пока будут только очерки, которые можно оформить для небольшой части книги. Возможно, будет мини-книга в электронном варианте.
Узнать больше о путешествиях Егора можно из его книг — они представлены в магазине на Сайкина, 4 и 6/5, а также на нашем сайте. А пока Егор не написал свою книгу про велопутешествие в Бадахшане, можно почитать книги про жизнь в Афганистане.
Произведения географов, геологов, альпинистов и исследователей об Афганистане до 1979 года:
- Андрей Никонов, «От Амударьи до Гиндукуша»;
- Макс Эйзелин, «Неизданный Гиндукуш»;
- Владимир Мардониев, «В стране солнца и гор»;
- Александр Бобринский, «Горцы верховьев Пянджа»;
- Станислав Мярковский, «На дорогах Афганистана».
Современная литература от путешественников и тех, кто работал в Афганистане:
- Антон Кротов, «Афганистан: три путешествия, три эпохи»;
- Андрей Чекрыгин, «Афганистан: новогоднее путешествие в самую гостеприимную страну в мире»;
- Юлия Митенкова, «10 лет на востоке или записки русской в Афганистане»;
- Александра Ковальская, «Кошка, которая улетела из Кабула».
Произведения об истории Афганистана:
- Мария Кича, «Афганистан. Подлинная история страны-легенды»;
- Ангус Гамильтон, «Афганистан»;
- Александр Колесников, «Россия и Афганистан. Миссии. Экспедиции. Путешествия».
Мне нравится
