с 10 до 24
Магазин на ул. Сайкина, 4
с 10 до 22
Интернет-магазин
Бесплатный звонок по России: 8 (800) 333-14-41 8 (495) 668-14-97

Доброе снежное Домбайское утро © Иннокентий Маскилейсон

Как катались на горных лыжах в СССР?

02.02.2018
Как люди в СССР катались на горных лыжах? С удовольствием :) А если подробнее?

Зарождение горнолыжного сообщества в СССР

Пожалуй, можно сказать, что интерес к горным лыжам в СССР возник после Олимпиады 1956 года в Кортина д’Ампеццо, на которых Евгения Сидорова завоевала первую в истории горнолыжного спорта нашей страны медаль. Но о реальной массовости, конечно же, разговор не шёл. Причина проста: не было подъёмников и гостиниц для туристов. А те, что были, в первую очередь использовались для нужд спортивных школ.
© Чеботаев В.А.
© Чеботаев В.А.
© Чеботаев В.А.
© Фото из архива Таштагольской горнолыжной школы
На этих подъёмниках тоже встречались любители, но их было мало, и в основном это был народ «непростой»: академики, учёные и «приближенные» к руководству спортивной школы или Федерации горнолыжного спорта. С точки зрения спортсменов и тренеров «любители» только мешали проведению тренировок, поэтому их не жаловали. Да и завидовали: ведь выданное в секции снаряжение не шло ни в какое сравнение с привезённым из редких заграничных командировок.
Первые подъёмники, доступные любителям, строились в горах СССР на протяжении 1960-х. В 1963 году на Чегете была построена первая в стране канатно-кресельная дорога. Первая очередь «Эльбрусской канатки» от станции «Азау» до станции «Кругозор» заработала в 1969 году, а к концу 1960-х кресельные и буксировочные подъёмники заработали и в других регионах СССР: Домбае (Кавказ), Кировске (Хибины), Славско (Карпаты), Бакуриани (Кавказ, Грузия).
Нижняя станция подъёмника Татрапома на Кохте в Бакуриани. Первенство СССР по горным лыжам, 1987 год
Нижняя станция подъёмника Татрапома на Кохте в Бакуриани. Первенство СССР по горным лыжам, 1987 год © Чеботаев В.А.
В 1960-х одним из самых популярных мест активного отдыха во всей стране становится Домбай. В те времена отдых на горных лыжах был доступен далеко не всем и считался развлечением для обеспеченной интеллигенции. Основные причины — отсутствие информации о местах отдыха, а снаряжение было недешёвым и доступным далеко не всем. Вот что писал Юрий Визбор об одной из самых известных своих песенок о горных лыжах:
«Написана она была на Кавказе в 1961 году. Поднимались мы на хижину Алибек в домбайской долине. Среди нас был нобелевский лауреат, физик Игорь Евгеньевич Тамм, был академик Блохинцев Дмитрий Иванович, ну и простой народ. Вот, собственно, в этой хижине и была написана песня, которая потом стала известной под названием «Домбайский вальс»…»
А позже — в 1970-х, на лыжи встали и космонавты, а «Домбайский вальс» прозвучал с орбиты.
Катались в основном на лыжах Mladost и Polsport. Круто, когда удавалось покатать на «Фишерах». В Домбае в начале 80-х функционировала детская спортивная школа, и все местные школьники занимались горными лыжами © Иннокентий Маскилейсон
Ощутимый приток новичков-горнолыжников шёл из среды альпинистов: зимой все альпинистские лагеря в Домбае, Приэльбрусье и Цее принимали горнолыжников. Путёвка на две недели для студентов, занимающихся альпинизмом, стоила то ли 20, то ли 24 рубля (стипендия в технических ВУЗах была 40 рублей, зарплата выпускника ВУЗа в одном из многочисленных НИИ — 130 рублей). А наиболее активным членам секции удавалось получить её бесплатно. Билет в плацкартный вагон стоил рублей десять, прокат и билеты на подъёмник тоже не пробивали ощутимую дыру в студенческом бюджете, инструктор полагался бесплатно. На популярное сухое вино, портвейн и хычины средства оставались. Ещё одной точкой популяризации горнолыжного отдыха была ЦВТБ «Терскол», но, во-первых, путёвки туда для не имеющих отношения к Советской Армии стоили дороже, а во-вторых купить их было непросто: информация и уж тем более реклама отсутствовали.
Известный писатель, автор «17 мгновений весны», Юлиан Семёнов любил приезжать в Домбай
Известный писатель, автор «17 мгновений весны», Юлиан Семёнов любил приезжать в Домбай © Иннокентий Маскилейсон

Про одежду и снаряжение

Снаряжение в 1960-1970-х годах в продаже встречалось редко, а то, что попадало в магазины, было уже устаревшим: деревянные лыжи с прикрученными шурупами стальными кантами, низкие кожаные ботинки — и хорошо, если это были «Терскол» с клипсами, появившиеся во второй половине 1970-х, да простейшие крепления без ски-стопов, скопированные советскими заводами с моделей Marker начала 1950-х. А чтобы лыжи не убегали от своего хозяина, к ботинкам их прикручивали кто — кожаными ремешками, а кто и куском верёвки, в ход шли даже резинки от эспандера и бинты. Особым шиком было достать польские лыжи Rysi Zakopane, которые позже были переименованы в Polsport, и горнолыжные маски Okula. Только к середине 1970-х в Советский Союз начали привозить горные лыжи Elan.
1975 год. Спортсмены Таштагольской горнолыжной школы на вершине горы Холодная. Вид на горнолыжные трассы горы Буланже. Лыжи Polsport и очки Okula
1975 год. Спортсмены Таштагольской горнолыжной школы на вершине горы Холодная. Вид на горнолыжные трассы горы Буланже. Лыжи Polsport и очки Okula © Чеботаев В.А.
1976 год. Спортсмены Таштагольской горнолыжной школы на летнем выезде на соревнования в городе Лениногорск. Лыжи Elan impuls
1976 год. Спортсмены Таштагольской горнолыжной школы на летнем выезде на соревнования в городе Лениногорск. Лыжи Elan impuls © Чеботаев В.А.
Одежда? Зачастую — шерстяные спортивные «олимпийские» брюки, толстый «кавказский» свитер и брезентовая штормовка, кожаные перчатки и связанная заботливой мамой шапочка. После нескольких падений на шерсть налипал снег, перчатки промокали. О мембранных материалах и лайкре никто и не слышал. Редко встречавшиеся на склонах наших гор горнолыжники на импортном снаряжении и в качественной «фирменной» одежде становились объектами повышенного интереса — ведь всё это стоило очень дорого и не продавалось в магазинах.
Такая ситуация сохранялась практически до начала 1980-х, когда в страну начались поставки горнолыжных ботинок Alpina и Polsport, креплений Marker M4-12 и M4-15, лыж K2, Volkl, а затем Atomic и Fischer. Появились в продаже импортные утеплённые костюмы и эластичные горнолыжные брюки, а позже и маски Uvex. Но и это снаряжение в магазинах нужно было «ловить», а если не повезло, страждущий в Москве отправлялся на горнолыжный «рынок» или в комиссионный магазин.
Рекламный постер креплений Marker M40 с трёхкратным чемпионом Кубка Мира американцем Филом Маре, выступавшим на лыжах K2. Журнал «Skiing», сентябрь 1983
Рекламный постер креплений Marker M40 с трёхкратным чемпионом Кубка Мира американцем Филом Маре, выступавшим на лыжах K2. Журнал «Skiing», сентябрь 1983 © Skiing Magazine
Именно на рынке можно было «поймать» одежду, перчатки и шапочки, а иногда — лыжи и крепления «со сборной команды», за которые продавцы просили неимоверные суммы. Встречалась и самодельная одежда: блестящий и легко промокающий каландрированный капрон, пух и синтепон добывались всеми правдами и неправдами — часто через секции альпинизма, в ход шли и списанные капроновые парашюты. В результате усилий народных умельцев появлялись симпатичные пуховки и горнолыжные куртки, напоминавшие картинки из чудом попавших в СССР американских журналов Ski и Skiing.
Обложки тех самых журналов «Skiing». Слева-направо: сентябрь 1983, ноябрь 1984 и ноябрь 1989 © Skiing Magazine
Такая ситуация продолжалась до начала 1990-х, ну а затем наступило мрачное время безденежья, когда можно было просто приехать в Приэльбрусье и свободно поселиться в гостинице — катающихся было крайне мало.

Про быт

Любопытно, что даже в начале 1980-х в воспетую Визбором алибекскую хижину зимой по-прежнему приезжали по путёвкам любители горных лыж, и условия были всё те же: воду добывали из-под снега, топили печь, на ней сами готовили еду из продуктов, которые приносили сюда в рюкзаках дежурные.
1985 год. Спортсмены Таштагольской горнолыжной школы на летнем сборе в Саянах
1985 год. Спортсмены Таштагольской горнолыжной школы на летнем сборе в Саянах © Чеботаев В.А.
Помимо снаряжения и продуктов, сюда нужно было снизу принести и уголь, и топливо для генератора, который вырабатывал электроэнергию, а обратно вниз уносить мусор. В первый день заезда полупринудительно-полудобровольно из числа «отдыхающих горнолыжников» назначалась пара крепких мужиков, которые становились «угленосами»: в чёрных от угольной пыли рюкзаках они буквально «на горбу» доставляли сюда снизу уголь. За это они были освобождены от дежурств по кухне и доставки продуктов. Кстати, задача тех, кто приносил из Алибека продукты и бензин, была немногим легче, разве что почище: ведь нужно было идти с грузом по узкой тропинке вверх несколько километров. Да и душа в хижине не было, впрочем, умывальников тоже: умывались у ручья, откопав его из-под снега, а в душ раз в неделю спускались в альплагерь Алибек, расположенный в нескольких километрах вниз по ущелью.
1983 год. Таштагол. Нижняя станция канатки ВЛ-1000 на горе Буланже. На фото слева Чеботаев В.А., справа Гредин И.Е.
1983 год. Таштагол. Нижняя станция канатки ВЛ-1000 на горе Буланже. На фото слева Чеботаев В.А., справа Гредин И.Е. © Фото из архива Таштагольской горнолыжной школы
В альпинистских лагерях условия были немного комфортнее, хотя с современными отелями не сравнить. Наиболее спартанским альплагерем в начале 1980-х годов прошлого века был Алибек. Это было круто! Мы жили по 6-8 человек в комнате с единственной лампочкой и двухъярусными армейскими кроватями. В 23:00 два мощных дизеля, снабжающих лагерь электроэнергией (и, соответственно, отоплением), отключали и лагерь погружался во тьму. По ночам бывало не жарко: к утру все четыре одеяла, которые выдавались каждому, уже не слишком спасали. Спали в тёплом белье, тельняшках и свитерах, купленных на базаре в Домбае. А если ночью захотелось в туалет после вечерних чаепитий под гитару, то нужно было бежать на улицу и совершать при свете звёзд «восхождение» на обледеневший бугор, на макушке которого стояло промёрзшее сооружение типа «сортир» с буквами «М» и «Ж».
В Алибеке в те годы существовала система дежурств по кухне: дежурное отделение чистило картошку, убирало столы после еды, разносило тарелки и чайники по столам. Вечерами проходили обязательные лекции — о технике катания, снаряжении, опасностях в горах, правилах поведения на склонах, первой помощи пострадавшим. Иногда «крутили кино». Днём — лыжи, снег и солнце, потом — лекция, а вечером — чай, вино и гитара. Каждый вечер на компанию заваривалась пара трёхлитровых банок с чаем и народ собирался «на гитару».
Песни, чай, сушки, пряники, конфеты и обязательные байки — такое вот апре-ски. Других развлечений не было, а до Домбая с его барами и бассейном нужно было идти километров пять пешком в темноте под вой шакалов, да и стаи диких собак одинокого путника ночью могли сильно понадкусывать. Конечно, были походы в магазины за алкогольными напитками, и в бассейн гостиницы «Горные Вершины», и бурные краткосрочные (чаще всего — продолжительностью в смену) романы, и памятные встречи Нового года, и дружба.
Романтичные прогулки с отогреванием замерзающих рук под пуховкой партнёра и совместным любованием залитыми лунным светом вершинами тоже входили в апре-ски. А можно было договориться с соседями по комнате, чтобы они обеспечили своё отсутствие «с 16:00 до 18:00, бутылку ставлю!», и тогда уют и интим были практически гарантированы (ни слова о том, что гигиенические процедуры при душе раз в неделю и наличии ледяной воды в умывальнике на 8 раковин в общей комнате — дело непростое). Да-да, приехавшие вместе муж и жена жили в разных комнатах…
Чегет, первая половина 1980-х. Георгий Дубенецкий третий снизу
Чегет, первая половина 1980-х. Георгий Дубенецкий третий снизу © Георгий Дубенецкий

Про инструкторов

Работа инструктора в те времена тоже сильно отличалась от существующей сегодня индустрии. В первый день смены все участники выходили на склон, где инструкторы просматривали их технический уровень и распределяли по отделениям, в которых было примерно по 15 человек. И дальнейшее катание происходило под руководством инструкторов в составе отделений.
Однажды мне пришлось работать с группой из 17 девушек — абсолютных новичков, и каждой приходилось собирать сработавшие крепления, которые разваливались при открытии, регулировать усилия срабатывания, помогать подняться после падения на совершенно неподготовленных для катания бугристых склонах. Добавляло «перца» в занятия ещё и то, что канты полученных в прокате лыж не точились никогда и были буквально круглыми, так что, если склоны были леденистыми, управлять лыжами было почти невозможно… Понятно, что эффективность таких занятий была минимальной: к концу двухнедельных ежедневных занятий реально поехало человек пять — наиболее упорных. Но те, кто действительно хотел научиться и в условиях групповых занятий имел возможность это сделать.
Очередь на бугель. Чегет, первая половина 1980-х. Инструкторов можно было легко узнать по пуховкам ВЦСПС и повязкам на рукаве
Очередь на бугель. Чегет, первая половина 1980-х. Инструкторов можно было легко узнать по пуховкам ВЦСПС и повязкам на рукаве © Георгий Дубенецкий
Правда, для этого действительно нужно было постараться: узкие, длинные и почти без выреза лыжи требовали больше времени на освоение базовых технических приёмов, да и склоны были не такие ровные и плотные, как в наши дни. Рыхлый снег затруднял манёвренность лыж длиной больше двух метров, все приёмы необходимо было выполнять акцентировано. А о том, чтобы прокатиться «карвингом», используя глубокий боковой вырез, речи не было: радиус у лыж тех лет приближался к 50 метрам — в три-четыре раза больше, чем у современных моделей. Техника катания использовалась самая разная — плуг, упор, базовый поворот на параллельных лыжах. А продвинутые лыжники осваивали различные варианты коротких ритмичных сопряжённых поворотов (годиля) и катание по буграм, а если повезло со снегопадом — то и по целине.
Инструктора в то время были в большом дефиците. Иногда на должность инструктора брали умеющего стоять на лыжах знакомого кого-то из руководства альплагеря или турбазы. В результате встречались и не слишком опытные. Девизом таких инструкторов было: «Инструктор должен уметь делать три вещи: пить водку, любить женщин и играть на гитаре…» Про умение кататься на горных лыжах речь не шла.
Инструктор должен уметь делать три вещи: пить водку, любить женщин и играть на гитаре…
Исключением были наиболее квалифицированные инструкторы альпинистских лагерей и ЦВТБ «Терскол», где ежегодно проходили школы инструкторов, попасть в которые было совсем непросто. В те годы практически все продвинутые лыжники грезили о заветных «корочках» — инструкторском удостоверении, благодаря которому можно было месяц провести в горах, оплатив только дорогу и «разные нехорошие излишества».

Катание

День начинался с обязательной зарядки, потом линейка, завтрак и на склоны. Причём начинающие везде ходили пешком, а в лучшем случае пользовались бугелями. Склоны рядышком — буквально пару сотен метров проходишь от лагеря вверх по ущелью — два или три бугеля «с крючками». Так было в Алибеке, Адыл-Су, Цее, да и других альплагерях. А в Приэльбрусье более опытные катальщики на автобусах отправлялись покорять склоны Чегета или Эльбруса под руководством инструкторов, катание в одиночку было практически запрещено. Самые опытные горнолыжники совершали спуски по свежему снегу, вдали от трасс. О том, что это называется «фрирайд» или о лыжах с талией вдвое шире тех, на которых тогда катались по всему, включая целину, даже и не мечтали. Катание вне трасс, вдобавок, было чревато встречей со спасателем, который мог запросто отобрать одну лыжу — и добирайся потом как хочешь до подножия склонов, где тебя ждал неприятный душеспасительный разговор. Лыжу, конечно, отдавали — но день-то был уже испорчен!
Катание вне трасс, вдобавок, было чревато встречей со спасателем, который мог запросто отобрать одну лыжу — и добирайся потом как хочешь до подножия склонов, где тебя ждал неприятный душеспасительный разговор. Лыжу, конечно, отдавали — но день-то был уже испорчен!
Немногим более комфортным был отдых и на военной турбазе «Терскол»: дисциплина была строгой, а к обязательной зарядке и катанию только с инструктором добавлялись не менее обязательные концерты художественной самодеятельности, создание стенгазет и спартакиада, а в завершении смены — соревнования. Разве что дежурств по кухне не было.
В туристических гостиницах Приэльбрусья и Домбая проживание было комфортнее, режим — свободнее, но и путёвки туда стоили заметно дороже, а добыть их тоже было непросто. В те времена существовало «Бюро по туризму и экскурсиям», где эти путёвки и продавались. Но поскольку у каждой сотрудницы этой организации было огромное количество знакомых и не очень людей, которые делали ей подношения в виде наборов конфет, армянского коньяка или ещё какого-нибудь «дефицита», заканчивались вожделенные путёвки обычно ещё до поступления в свободную продажу.
Отделение горнолыжников на склоне. Автор статьи Георгий Дубенецкий в центре группы в оранжевом пуховике. Вторая половина 1980-х
Отделение горнолыжников на склоне. Автор статьи Георгий Дубенецкий в центре группы в оранжевом пуховике. Вторая половина 1980-х © Георгий Дубенецкий
Получасовая очередь на подъёмник в Домбае или Приэльбрусье была нормой. Приходилось стоять и подольше, особенно в дни массового наплыва экскурсантов — в просторечии «шапок». Часы, проведённые в ледяном «вагончике» в очереди на медленно ползущий вагончик на склоне Эльбруса, помнят все бывавшие в те годы в этом регионе. А когда наконец, поднимался наверх, под ногами лежали бугристые, иногда обледеневшие склоны. Ратраки на склонах были — вот только использовали их не по прямому назначению, а главным образом для доставки горячительных напитков сотрудникам канатных дорог, так что ровный склон можно было застать только сразу после снегопада.
Ала-Арчинский ледник, г. Бишкек (тогда — г. Фрунзе), Киргизская ССР. Спортсмены на летних сборах, 1981 год
Ала-Арчинский ледник, г. Бишкек (тогда — г. Фрунзе), Киргизская ССР. Спортсмены на летних сборах, 1981 год © Фото из архива Таштагольской горнолыжной школы
Ещё одним вариантом горнолыжного отдыха были самостоятельные поездки в Карпаты, где самым «крутым» местом для катания была гора Тростян в посёлке Славско. Путёвки, как и в другие места, достать было практически невозможно, так что в основном компании горнолыжников размещались в частном секторе — в обычных деревенских домах с печками и удобствами на улице. Выгрузившись из поезда, нужно было перетащить весь скарб, включая и массу продуктов на всю поездку, на пару километров — а потом найти дом, в котором найдётся свободная комната. Ближайший душ — или в спортивной гостинице «Динамо», или в кочегарке, а баня — в городке Стрый, куда нужно было добираться на электричке. Обледеневшие бугристые склоны, единственный кресельный подъёмник и несколько стареньких буксировочных — вот и весь незамысловатый «сервис». Об инструкторах и прокатах речь не шла.
1980-е. Собрание перед любительскими соревнованиями. Шуколово
1980-е. Собрание перед любительскими соревнованиями. Шуколово © Георгий Дубенецкий
На многих крупных предприятиях работали горнолыжные секции, наиболее инициативные руководители таких секций договаривались с председателями колхозов в Подмосковье, Ленинградской области и окрестностях других крупных городов — в основном Урала и Сибири, о выделении земли, подключении к электросети. И на небольших склончиках зимой работали десятки, а то и сотни самодельных подъёмников, которые использовали члены секций и «приближенные лица».
Выезжали на субботники и воскресники — косить траву, утаптывать снег, натягивать тросы, копать канавы для электрокабеля. А зимой отправлялись в электричках дружной компанией единомышленников на целый день на склон — участвовали в соревнованиях, обсуждали недавно вышедшую на русском языке книгу Жоржа Жубера «Горные лыжи: техника и мастерство». А в тёплые весенние дни кто-нибудь захватывал гитару, после катания большие компании собирались в тесный круг и накрывался импровизированный «стол».
Ну а в середине 1990-х начался уже другой период — стали доступными горнолыжные туры в Европу и постепенно всё больше любителей горных лыж открывали для себя курорты Альп. На рынке, который к тому времени находился на улице Сайкина — у входа в дом, где сейчас находится известный всем продвинутым любителям горных лыж Москвы магазин «Спорт Марафон» и в первых магазинах — «Канте» и «АльпИндустрии» появилась масса новенького снаряжения, непонятно какими путями попавшего в Москву.
К 1997 году заработали уже три очереди подъёмников комплекса «Альпика Сервис» в Красной Поляне, открылись первые частные отели. Начали строиться «цивилизованные» места катания и поблизости от крупных городов — в 1997 году заработали первые современные подъёмники парка «Волен». С этого времени и началась история горнолыжного отдыха, каким мы его знаем сегодня.
Георгий Дубенецкий, Шуколово. 1980-е
Георгий Дубенецкий, Шуколово. 1980-е © Георгий Дубенецкий
А тогда — в 1970-1980-е? Весело было! Мы были молодыми, вокруг были горы, рядом хорошая компания и совсем близко — озорные глаза подруг. И можно было нестись по склону, наслаждаясь управляемой тобой скоростью и точно знать, что «во-он там, перед тем бугром, я поверну». И поворачивать с точностью до нескольких сантиметров. И с жаром обсуждать достоинства новых лыж, и дать прокатиться товарищу, и встречать старых друзей прямо на склоне или в очереди на однокресельную канатку. И поздно ночью по очереди вслух читать только что вышедший «Завтрак с видом на Эльбрус» Юрия Визбора, и не говоря ни слова, разойтись — он уже всё сказал за нас.
1987 год. Первенство СССР по горным лыжам. Бакуриани
1987 год. Первенство СССР по горным лыжам. Бакуриани. Спортсменки сборной Кемеровской области получают последние ценные указания от тренерского состава © Чеботаев В.А.
И в конце смены, в последний вечер — обязательное посвящение в горнолыжники на учебном склоне, когда откуда-то сверху, из кромешной тьмы, спускаются на лыжах разукрашенные «черти» с факелами в руках, все встают на одно колено и хором произносят клятву: «…а если горные лыжи будут мешать моей работе или учёбе, клянусь бросить эту работу или учёбу»! А потом, конечно же, вечеринка до утра…
Что ещё нужно для абсолютного счастья? :)
Если вам понравилась статья, поделитесь ею со своими друзьями в социальных сетях
Я рекомендую Мне нравится
© Спорт-Марафон, 2018 Данная публикация является объектом авторского права. Запрещается копирование текста на другие сайты и ресурсы в Интернете без предварительного согласия правообладателя — blog@sport-marafon.ru

Товары по теме

Статьи по теме:

Юрий Бугельский о горнолыжных курортах Европы
Сборник материалов о горнолыжных курортах Европы от автора горнолыжных путеводителей Ski Guide и «БугельSki Expert» Юрия Бугельского. Познавательные рассказы полные советов и лайфхаков о том, как организовать горнолыжный отдых в Европе
далее
Эволюция горнолыжных ботинок Salomon
История компании началась в далеком 1947 году, когда Джордж Саломон и его отец Франсуа начали выпускать канты для горных лыж. Спустя пять лет они разработали и начали производить горнолыжные крепления...
далее
Люди, оставившие свой след…
За многовековую и даже многотысячелетнюю историю горных лыж было немало великих людей, чьи поступки и достижения сильно повлияли на ход этой самой истории. О некоторых из тех, кто стал самым-самым на трассах соревнований, в библиотеке "Спорт-Марафон" есть небольшая статья, но ведь горные лыжи – это далеко не только трассы, размеченные флажками. Это лыжи и ботинки, одежда и подъемники, фильмы и инструкторы…
далее
Великие горнолыжники
Среди многих имен знаменитых спортсменов-горнолыжников есть несколько, которые стоят особняком – эти имена знают абсолютно все, кто интересуется горнолыжным спортом. Каждый из этих людей – легенда в истории и каждый способствовал росту популярности горнолыжного спорта.
далее
13 изобретений, изменивших горные лыжи
Вы приходите в магазин и видите горные лыжи. Такие технологичные, на любой тип и уровень катания, персональной ростовки… хочешь в целину, хочешь на трассу. А крепления, ботинки – глаза разбегаются...
далее

Комментарии

comments powered by HyperComments